главная | новое | каталог | учебники

Сословия в обычном праве Рутула

Султанмагомедов А.А

ЮФ,ДГУ

 Письменные источники сообщают о существовании и Рутульского вольного общества - независимого политического объ­единения нескольких сел, не имевших своей феодальной знати и управлявшихся выборными старейшинами. Но Рутульское воль­ное общество представляло собой объединение сельских общин р. Самур, говоривших на рутульском и частично на лезгинском языках. Управление магалом находилось в руках рутульских беков, которые и создали такой союз сельских обществ. Рутульские беки, хотя и не имели прав на феодальные повинности крестьян, но являлись не только самыми богатыми и влиятель­ными людьми, но и носителями исполнительной власти, защит­никами интересов членов всего вольного общества. По словам Симоновича Ф. Ф., «Рутульское небольшое владение... управля­ется народом под наследственными начальниками - беками и разделяется на три округа, содержащие в себе по 12 деревень» 1. Для решения важных вопросов беки созывали народные собра­ния , но «рутульские беки, -пишет Л. И. Лавров, - представляли собой такую социальную прослойку, которая уже отделилась от народа и шла по пути превращения в феодальную знать»1.

В первой четверти XIX в. «в их прямой политической зависимости не оставалось ни одного селения»  и кроме арендной платы за использование пастбищ ничего беки не получали. Но все же пользовались прежним авторитетом как в Рутульском магале, так и в кругах Ирана и Турции.

О политической ориентации рутульского вольного общества до XIX в.   Рутульские беки умело лавировали в отношении таких держав, как Иран и Турция, с правителями которых имели отличные отношения. Например, в конце XVI в., то есть «в 1583 г. персидский шах Махмед дал указ Рутульскому Казибеку и старшинам оказать сопротивление турецким войскам». Буквально через пять лет турецкий султан Мурад III выдает грамоту Казибеку о пожалова­нии ему ханского достоинства. В 1597 г. снова встречаем Казибека в числе подданых Ирана и шах Аббас I специально фирманом повелел ему оказать военную помощь Махмед-беку Цахурскому »

   Тот же шах Аббас I в 1606 г. пожаловал Казибеку селение Нудгуши а в 1626 г. турецкий султан Мурад IV дал указ рутульскому Ибрагим-хану оказать военную помощь турецким войскам. По-видимому, за эту помощь султан пожаловал Ибра­гим-хану селения Нидам и Лойткам48 в 1635г. В 1598 г. мы видим их в союзе с шамхалом Тарковским, который находился в хороших отношениях с Россией. Говоря о своих союзниках, шамхал упоминает о «рутульской» и «хновской» рати, готовых оказать военную помощь шамхалу против Ирана.

Не до конца выясненным остается вопрос о происхождении рутульских беков. Существующие предания относят их происхож­дение то к арабам, то к Илису. Некоторые исследователи в происхождении рутульских беков замечают две ветви: «одну ветвь составляли старые беки, пришельцы из Илису, которые до прихода русских имели ферман от персидских шахов. Эти беки принадлежали к тухуму Шотбаба. Когда русские вызвали их для проверки бекского достоинства, они отказались пойти. Этим обстоятельством воспользовался один богач по имени Гасан-хан из рода Хайдара. Он отправился в Касумкент, выдал себя за родственника бека из тухума Шот-баба и получил от русских документ набекское достоинство. Ферман же, выданный персид­ским шахом и хранившийся у «старых» беков, был впоследствии украден «русскимибеками».

Источники, однако, происхождение рутульских беков относят к XII в. Подтверждением тому рутульская надпись, свидетельству­ющая о том, что в 1150 г. в Рутуле была построена ханака по приказу некоего Абд-ас-Самада, бывшего, очевидно носителем феодальной власти 50 в Рутуле.

Если предположение академика Дирра A.M. об арабском происхождении рутульских беков (этого не отрицают сами наслед­ники) базируется на сведениях Ханыкова Н. то, очевидно, речь идет о сыне легендарного Абумуслима Рамазане, который поселил­ся в Рутуле в VIII-IX в., а Абд-ас-Самад, вероятно, его потомок и в то же время связующее звено между Рамазаном и Кази-беком, которого помнили составители родословной.

Что касается связей, то рутульские беки действительно имели родственные отношения с беками Илису. В частности, мать Даниял-султана Илисуйского была родом из династии рутульских беков . Кроме того, они имели такие же отношения и с Какинскими, Буркиханскими беками, не говоря о родственных связях с Казикумухскими ханами. Относительно двух ветвей, если судить по родословной таблице, то Гасан-хан не просто какой-то богач, а младший сын Абумуслим-бека, о котором так хорошо писал Н.Вучетич . Далее, Гайдарбек представлял не другой тухум, а являлся дедом Абумуслима и правнуком того Казибека, от которого начинается родословная таблица. Однако данная родословная не упоминает Къафлан-бека М-Р-С-бега, его детей и союзника всех трех имамов, Ага-бега Рутульского, поднявшего восстание против самодержавия в 1837-39 гг.

В XVII-XVIII вв. турецкие султаны и иранские шахи считали рутульских беков владетелями не только Рутула, но и 10 селений лезгин, «подаренных» им за особые заслуги.

Беки предводительствовали войсками и были представителя­ми рутульского вольного общества при внешних сношениях его с, правителями Ирана и Турции.

В Рутуле был диван, состоящий из аксакалов и одного бека. Число аксакалов было по числу тухумов, и власть их, как в Хнове, Ахтах и Шиназе, была наследственной.

Рутульский диван управлял гражданскими и военными дела­ми всех 17 селений, кроме Шиназа, где был свой суд, диван, аксакалы и чауш. Все зависимые селения - Хлют, Ич1е, Луткун, Зрых, Ялах, Хурюг, Играх, Мсур, Гогаз должны были отбывать пахту Рутулу.

Рутульцы отправлялись для пахты в зависимое селение партиями от 100 до 300 человек, гостили там трое суток и мало того, что требовали себе отборную пищу, принуждали кормить своих лошадей, но и собирали по 1 барану с каждого дома1.

Жители некоторых зависимых селений - Ялах, Луткун. Хурюг - испытывали возрастающий гнет со стороны Рутула, в XVIII в. попытались отказать отбывать пахту, но они были быстро усмирены.

Какое положение занимал Рутул в своем вольном обществе, такое же положение занимал Хнов в алтыпаринском вольном обществе, которое состояло из Хнова, Борча, Гдыма, Маза, Фий.

В Хнове каждый тухум выбирал своего аксакала, а в осталь­ных селениях участка число аксакалов соответствовало не числу тухумов, а народонаселению, то есть каждые 20 дымов выбирали 1 аксакала. Причем, власть хновских аксакалов была наслед­ственной, как в Ахтах и Рутуле.

Самый высокий духовный сан был Кази-кади. Они были вовсей Самурской долине только в 4 селах - Ахтах, Рутуле, Хнове, Шиназе. Наряду с выполнением религиозных функций в дни мусульманских праздников они разбирали и судебные дела по шариату, проверяли знание эфендиями и муллами корана и шариата.

В Рутуле был диван, состоявший из аксакалов, в числе которых всегда должен был быть и один бек.

 Число аксакалов было по числу тухумов. Чоуш был один. Вообще как выбор, так и вознаграждение тех и других были такие же, как и в Ахтах.

Рутульский диван управлял всеми общественными делами участка , кроме, впрочем, Шиназа и Хрюка, у которых был свой суд, т. е. свои аксакалы. Было у них и по одному чоушу.

Выбор аксакалов и чоушей, а также и вознаграждение их в этих двух селениях были такие же, как и во 2-й Ахты-паре (в 4 селениях), кроме Хнова, где это было иначе, как о том и сказано.

Рутульцы кроме побора баранов при пахте брали еще вроде подати по одному барану в год с каждого дыма селений, отбывавших пахту.

Зекат тоже соблюдался и в этом участке, но не контролировался никем. Барху не было.

Самый высокий духовный сан был, как и есть, казн. Их было во всей Самурской провинции только 4 – в Рутуле, Ахтах, Хнове и Шиназе. Более их не было потому, что народ, от которого зависело иметь казн или не иметь его, не желал этих господ. 100 лет тому назад высшие духовные сановники в провинции были эфенди; так как в шариате сказано, что следует иметь казиев, то вышеназванные 4 селения и повыбрали их из числа ученейших и достойнейших эфендиев.

 Рутульскому казию в делах, подлежащих разбору подобного лица, подчинялись – все те селения участка, которые отбывали пахту. 

Несмотря на разграничение зависимости от данного казия, тяжущиеся, кто бы и откуда бы они ни были, имели право судиться у любого казия, и всегда недовольная решением его сторона могла переносить дело к другому казию, объявляя ему при этом ту статью шариата, на основании которой решено дело прежним казием.

Эфендиев было в провинции столько, сколько оказывалось мулл, достойных быть избранными в этот высокий сан. Впрочем, число их в провинции никогда не превышало 30. Выбор муллы в эфенди не обязывал его переменять место жительства; он оставался там же эфендием, где был и муллою. Мулл в каждом селении было столько, сколько и мечетей.

Казн, как верховное лицо, не присутствовал в аксакальском суде, а разбирал дела у себя. Эфенди же присутствовали на правительских сходках. В Ахтах их являлось поочередно по два человека, по одному с каждой стороны Ахтов; в Рутуле же, Шиназе и Хнове – по одному. Пока не было казиев, их правами пользовались эфенди; в свою очередь где не было эфендиев, там иногда обязанности их выполняли особенно выдающиеся муллы, особенно если обе тяжущиеся стороны заранее согласны были на решение данного муллы. Вообще же муллы исполняли только требы, а в делах управления не принимали участия.

Как муллы, так и эфенди избирались обществом и обязательно утверждались казием. При этом эфенди испытывались казием в степени их знания, получали от него благословение, и тут же казий определял по степени учености данного эфендия важность дел, которые могли подлежать разбирательству этого данного эфендия.

В пятницы и дни больших праздников богослужение в Джума-мечети отправляли казии; если их где не было, то по очереди эфенди; где же и их не было, там это делали те из мулл, которые были постарше годами и славились лучшею жизнью.

Основную массу населения рутулов составляли ладжбары, которые соответствуют по экономическому и правовому положе­нию узденю. Ладжбар, как и уздень, владел средствами производ­ства, имел свой мулк с правом передавать по наследству или продавать. Ладжбары не были однородны, среди них были и малоземельные и безземельные, которые нанимались в качестве чабанов у богатых ладжбаров - ладжбар хакьас (нанимать ладжбара).

В XVII-XVIII вв. у рутулов существовало несколько форм земельной собственности: 1. частно-крестьянская (мулки), об­щинная, феодальная, вакуфная и себильная.

Мулк состоял из собственных пахотных и покосных земель, построек и орудий труда. Хотя каждый мулкадар был свободен распоряжаться своей землей, но продажа пахотной земли была ограничена институтом предпочтительной покупки, выкупа, то есть при продаже земли хозяин должен был советоваться с родственниками (членами тухума), а родственники могли лезть в любые долги, лишь бы участок оставался в тухуме.

Общинная собственность состояла из летних, зимних паст­бищ, леса, родников, мостов и т. д. Общинной собственностью по адату пользовались все, поэтому эта форма собственности подвер­галась регламентации особо, ибо за любое нарушение отвечали перед джамаатом, который мог осуждать и наказать. К общинной собственности можно отнести и себильную собственность. Она складывалась из тех земельных участков, когда у жертвователя не было прямых потомков и близких родственников. У рутулов по сей день сохранилось проклятие «хал хараб йишихь, хуй себил йишихь» (в переносном смысле означает «чтобы весь род умер)1.

Вакуфная собственность состояла из земель, завещанных частными лицами в пользу мечети, мелкого и крупного скота, а также предметов домашнего обихода. Мечеть же отдавала земель­ные участки в аренду, в основном - безземельным и малоземельным ладжбарам. За аренду они должны были смотреть за мечетью, убирать, приносить воду, обеспечить мечеть керосином, в дни праздников приносить масло, халву и т. д.

Бекская собственность существовала только в Рутуле, она состояла из большого количества пахотной и покосной земли, летних и зимних пастбищ, тысяч овец и коз и сотен крупного рогатого скота.

                                

                                           Список литературы

1. Краббе К.К. Замечания  о Докузпаре, Ахтах и Рутуле М.,1958 С.335

2. Лавров Л.И. Рутульцы в прошлом и настоящем М.,1962

3. Лавров Л.И. Феодальные отношения в Дагестане ХIХ – нач. ХХ вв.  М., 1989 

4. Мусаев Г. Рутулы (ХIХ - начало ХХ вв.).   Историко – этнографическое исследование Махачкала,1997

5. Памятники обычного права Дагестана XVII-XIX в.в. : архивные материалы / отв. ред. Г.-А.Даниялов. - М. : Наука, 1965

6. Рамазанов Р.А. Историко-эпиграфические материалы народов Рутульского района.   Махачкала,2012 

7. Симонович Ф.Ф. Описание южного Дагестана. В кн.: История, география и этнография Дагестана 18-19вв. М.,1958 

1 Симонович Ф.Ф. Описание южного Дагестана. В кн.: История, география и этнография Дагестана 18-19вв. М.,1958 С.151

1 Лавров Л.И. Феодальные отношения в Дагестане 19 нач. 20вв. М., 1989 С.102

1 Краббе К.К. Замечания  о Докузпаре, Ахтах и Рутуле М.,1958 С.335

1Памятники обычного права Дагестана XVII-XIX в.в. : архивные материалы / отв. ред. Г.-А. Даниялов. - М. : Наука, 1965 С. 55